Now Reading
Литва взялась хамить Путину вслед за Байденом

Литва взялась хамить Путину вслед за Байденом

Президент Литвы Гитанас Науседа вслед за американским коллегой Джо Байденом заявил, что российского лидера Владимира Путина можно назвать убийцей. Тем самым он на ровном месте спровоцировал ситуацию, при которой Москва может отозвать своего посла в Вильнюсе. Именно Науседа в 2019 году критиковал свою предшественницу Далю Грибаускайте за грубые выпады в адрес Кремля. Но теперь и он не стесняется использовать ту же риторику.

Справедливо ли называть Путина убийцей? Вслед за Джо Байденом на этот вопрос отвечают другие известные политики. Одним из первых на выходку нового хозяина Белого дома откликнулся экс-президент Украины Петр Порошенко — он записал целое видеообращение.

«»Путин — убийца». То, что наша команда говорит с 2014 года, то, что с 2019 года ни разу не решился произнести Зеленский, вслух на весь мир произнес Джозеф Байден. Хороший ответ на вопрос Who is Mr. Putin. Такое публичное признание американского президента для Украины — на вес золота. Я хотел бы поблагодарить первое лицо Соединенных Штатов за ценные слова», — заявил Порошенко.

За кадром, разумеется, остались «пленки Деркача», на которых президент Украины мило беседует с Путиным, «обнимает» его и «жмет руку». Гитанас Науседа в этом контексте чист. Президент Литвы ни разу не общался с Путиным, не пересекался с ним ни на каких официальных мероприятиях.

И не горит желанием это делать. По мнению литовского лидера, разговаривать с Москвой бессмысленно.

«О чем можно было бы сейчас говорить с господином президентом России Владимиром Путиным? Пока у нас такая ситуация на Украине, пока у нас продолжается эскалация напряженности во всем регионе, произносить просто дипломатические приятные словечки я оснований не вижу, а главное — у меня нет на это морального права», — утверждал Науседа в августе 2019 года, когда его переговоры с хозяином Кремля теоретически еще могли состояться.

Науседа не нарушал своих предвыборных обещаний. Во время предвыборной кампании он предупреждал, что установление личных контактов с российским лидером будет зависеть от урегулирования украинского кризиса: «Если ситуация останется прежней, то наладить отношения с нашими восточными соседями будет сложно. Мы видим в этой ситуации признаки агрессии по отношению к соседнему государству. И мы не можем с этим мириться».

Ситуация, на самом деле, осталась прежней. У Науседы не было причин проникнуться симпатией к России и лично к Путину.

С другой стороны, с 2019 года отношение коллективного Запада к политике Кремля принципиально не ухудшилось. Беларусь? Москву и раньше обвиняли в поддержке «последней диктатуры Европы» (едва ли для кого-то стал неожиданностью тот факт, что она сделала ставку на строптивого, но понятного и прагматичного Лукашенко). Отравление Навального? Если верить западной пропаганде, агенты ФСБ постоянно охотятся на «врагов режима».

Кибератаки? Вмешательство в чужие выборы? Поддержка оппозиционных сил в странах ЕС? Все это было.

Но во время борьбы за кресло президента Литвы Науседа избегал хамских выражений в адрес политического руководства России. Более того, он критиковал Далю Грибаускайте за излишне грубую внешнюю политику и обещал не навешивать на соседнюю страну ярлык «террористического государства».

Это помогало Науседе вжиться в образ вдумчивого, рационального, рассудительного политика. Именно за такого лидера литовцы массово отдавали голоса на выборах 2019 года.

Эпоха Грибаускайте, которая ознаменовалась жесткой конфронтацией с Москвой, должна была смениться периодом отрезвления, переосмысления отношений с соседями. Науседа не претендовал на роль революционера. Подвергать ревизии евроатлантический курс развития (или деградации?) Литвы он не собирался, равно как и записываться в клуб европейских «друзей Путина».

Но и нагнетать напряженность он тоже не намеревался. «Лучше промолчать, если не можешь сказать ничего хорошего», — таким было кредо литовского лидера, которому он поначалу старался следовать.

Теперь же все возвращается на круги своя.

Президент Литвы позиционирует себя одним из главных критиков современной России. И не стесняется делать того, в чем сам упрекал Грибаускайте.

«К сожалению, да», — так Науседа ответил на вопрос, можно ли называть Путина убийцей. В его оправдание можно привести много аргументов.

Во-первых, глава Литовской Республики поднял эту тему не по собственной воле — его спровоцировали журналисты. Во-вторых, опровергать слова Джо Байдена ему не положено по статусу. В-третьих, Науседа выразил сожаление из-за своего утвердительного ответа.

Но факт остается фактом: на третьем году президентства он скатился к личным оскорблениям Путина. Чем «убийца Путин» лучше «террористического государства», о котором рассказывала Грибаускайте? Или «зверскую» сущность российского руководства Науседа разглядел только сейчас?

«Я вижу множество признаков, которые показывают явное наплевательство, назовем это так, по отношению к ценностям цивилизованного мира, игнорирование права наций на самоопределение, игнорирование территориальной целостности соседей, что Кремль в последнее время демонстрирует достаточно демонстративно», — заявил президент Литвы.

Видимо, по состоянию на 2019 год Кремль свято чтил и европейские ценности, и права наций, и территориальную целостность соседей. Потому что тогда Науседа не собирался навешивать на Москву уничижительные ярлыки.

В ответ на выпад Байдена Россия отозвала на консультации своего посла из Соединенных Штатов. Литве это не грозит — вряд ли в Кремле вообще отреагируют на тот факт, что Прибалтика снова «подхрюкивает» вашингтонскому обкому.

Но Науседа сознательно спровоцировал ситуацию, при которой дипломатические отношения между Вильнюсом и Москвой могут опуститься до отзыва послов. Причем сделал это на ровном месте. Аналогичный путь прошли президенты Украины Петр Порошенко и Владимир Зеленский. Оба поначалу умело эксплуатировали образ политиков, которые, в отличие от оппонентов, способны договориться с Россией и «разрулить» конфликт на юго-востоке. Оба в итоге стали ярыми борцами с «российской агрессией».

А миролюбивому избирателю остается только гадать, почему его в очередной раз обвели вокруг пальца. Таковы особенности «демократии» в Прибалтике и на Украине.